«Великий сокрушитель Системы» А.И. Солженицын глазами современников

11 декабря исполняется 100 лет А.И. Солженицыну -  русскому  писателю, публицисту, лауреату Нобелевской премии по литературе, общественному и политическому деятелю, диссиденту.

Предлагаем  вам познакомиться  с отрывками  из статей, выступлений, интервью его современников: писателей, критиков, общественных деятелей, в которых они высказывают своё мнение   о нём, дают оценку его литературному творчеству и политическому кредо.

 «…его ценили даже те, кто с ним боролся. Он стал пророческой фигурой. Это на Западе писатель пописывает, читатель почитывает, а у нас сразу его ненавидят или любят, и он делается обязательно пророком, провидцем, а не просто автором текстов».

                                                                                                          Лев Аннинский

 «Солженицын – человек беспредельной нравственной борцовской силы, считавший себя мессией. Его жизнь, его стойкость всегда вызывали у меня восхищение. Он  - великая личность, его вклад в русскую литературу неоспорим».

                                                                                                          Елена Боннер

 «Он останется в национальном сознании прежде всего великим сокрушителем Системы: Давидом, повергшим Голиафа из своей одинокой пращи».

Игорь Волгин

 «Я считаю творения А.И. Солженицына самым высоким образцом прозы, данным до сих пор нашей послереволюционной литературой».

                                                                                                          Ирина Грекова

 «Место Солженицына в русской литературе – в ряду протопопа Аввакума и Александра Радищева. Это страстный, яростный писатель, невероятного общественного темперамента, проповедник и моралист, «грозный судия».

                                                                                                          Наталья Иванова

 «Слово ГУЛАГ стало нарицательным благодаря Солженицыну. Из неуклюжей советской аббревиатуры - Главное управление исправительно-трудовых лагерей – писатель создал эмблему и припечатал ею, как каиновой печатью, самую гигантскую машину уничтожения за всю историю человечества».

                                                                                                          Константин Кедров

 «Конечно, он был страшно противоречивый, но тем не менее он нащупал болевые точки нашей цивилизации, которую надо было спасать, и поэтому он ругался и на Западе и везде. На самом деле он был прав. У нас многие думали, что надо только спихнуть советское правительство и сразу начнётся полное счастье. А он понимал, что не всё сразу и не всё благо […] И книги Солженицына нужны, чтобы пресечь попытки вернуть прошлое».

                                                                                                          Наум Коржавин

 «Он – звено, связующее золотую русскую классику с исканиями второй половины ХХ века. Он не эклектик, не плоский натуралист. Уроки этой очень живой, сильной прозы будут брать все писатели, которые появятся позже. Солженицына не обойти, не объехать, с ним нужно будет обязательно считаться. Это литература с очень сильным нравственным стержнем».

                                                                                                          Юрий Кублановский

 «Его часто называли пророком. Это справедливо. Ведь пророки древности не только провидели грядущее, но, прежде всего, находили слова гнева о неправедности и вразумлении настоящего […] Он - высший свидетель и исповедник России перед Богом за ХХ век, в его поражениях и победах. И Россия может бесстрашно смотреть в Господне лицо, потому что в этом своём сыне не изменила своему лучшему».

                                                                                                          Валентин Курбатов

 «Александр Исаевич, конечно, был образцом человека чести и цели. Никакой праздности. Дело, дело, дело […] Без сомнения, Соженицын – продолжатель традиций русской классической литературы. Как  и у Фёдора Михайловича, его тема – надо начинать с себя. К этому призывал и сам так жил. Всегда оставался верен своим нравственным понятиям».

                                                                                                          Юрий Любимов

 «…он очень дорожил ролью великого писателя, которая ему выпала, и старался ей соответствовать. Он ввязался в борьбу с системой, когда годы в лагерях уже легли ему на плечи. Его борьба не была истеричной, была, скорее, методичной – он готовился, он собирался и делал своё дело медленно и надёжно. Что же касается неприятия некоторыми взглядов Солженицына, то я не знаю во всей истории  ни одного человека его калибра, который не разочаровывал бы сторонников и не очаровывал противников».

                                                                                                          Владимир Маканин

 «…он задаёт обществу, нам всем неизмеримо более высокие нравственные и творческие критерии, чем те, из каких мы исходили до него».

Владимир Максимов

 «…лишь благодаря Солженицыну русская литература после столь долгого и трагического перерыва вновь заняла подобающее ей место в ряду мировых литератур».                              

                                                                                                          Владимир Максимов

 «Солженицын яростно критиковал коммунистическую систему, что было весьма своевременно в советский период, но сейчас наиболее актуально и интересна его резкая критика цивилизации голого чистогана, его презрение к американским ценностям и практическому материализму вообще. Ещё более глубоким и интересным является, на мой взгляд,  его понимание роли свободы в современном обществе».

                                                                                                          Юрий Мамлеев

 «…гениальность «Одного дня Ивана Денисовича», «Матрёниного двора», «Ракового корпуса», «Архипелага ГУЛАГ» - подвиг гражданский. Но не литературный, а «Ленин в Цюрихе», статья «Наши плюралисты» и вторая редакция «Августа Четырнадцатого» - затемнение громадного ума, громадной личности, громадного художественного духа. Можно сказать и сильнее: крушение великого писателя».

                                                                                                          Юрий Нагибин

«Солженицын жил Россией и для России. Для неё он совершал невозможное. Пройдя войну, тюрьму и «раковый корпус», он верил, что Господь  сохранил его для служения Родине, для того, чтобы помочь России осознать себя , своё истинное предназначение и свои тяжкие грехи, принести покаяние и выпрямиться, так обретя истинную суть. Этим служением было не участие в политической борьбе […], но писательство. Всё написанное Солженицыным – от лагерных стихотворений до рассказов 90-х годов – было свидетельством о России, свидетельством, призванным  укрепить и освободить душу каждого читателя […], напомнить о незыблемости высших ценностей, о назначении и долге свободного человека, сотворённого по образу и подобию Божьему».

                                                                                                          Андрей Немзер

 «Он останется надолго, пока будут читать по-русски, как памятник, урочище, - как атлет, который попытался охватить нечто очень большое […] Я убеждён, что Солженицын – последний не только русский, но и европейский писатель-пророк. Писатель, который хочет одновременно творить художественно и менять своих современников. Таких писателей уже нет. И, возможно, их не будет больше».

                                                                                                          Жорж Нива

 «Его произведения – политические события не только в русском, но и в мировом масштабе, они участвуют в процессе осмысления русской истории ХХ века и истории ХХ века вообще, но именно как художественные произведения. Их значение в идейном движении нашего времени обусловлено их литературными достоинствами; их литературное значение в большей степени определяется их идеологическим содержанием».

                                                                                                          Мишель Окутюрье

 «Его не все любили, но и как может ожидать всеобщей любви человек, безмерно любящий Россию? Его не все понимали, не все признавали, настолько он выделялся  из общего порядка гражданина и писателя. Но его признавала Россия […] Столько правды и жизни оставил после себя Солженицын, что прощания быть не может ни духовного, ни праведнического».

                                                                                                          Валентин Распутин

 «Мы воспринимаем арест Солженицына не только как оскорбление русской литературы, но и как оскорбление памяти миллионов погибших, от имени которых он говорит».

                                                                                                          Андрей Дм. Сахаров

 «… исключителен и аномален не только он сам с его мученической биографией и сложным творчеством, но и советская литературная и историческая среда, в которой он сложился и которой был отторгнут».

                                                                                                          Витторио Страда

 «В детстве Солженицын мечтал попеременно стать писателем, священником и полководцем. Полностью реализовалось лишь основное призвание, но в него вошли, с ним срослись  и два других: религиозное и военное. Солженицын в одном лице поэт, стратег и пророк. В этом его уникальность».

                                                                                                          Никита Струве

«Александр Солженицын воюет не против мифической лжи тысячелетий, а против конкретной лжи десятилетий; духовная война, одним из вождей которой он стал, взорвала старое общество…».

                                                                                                          Ричард Темпест

 

 Еще цитаты... 

Дополнительная информация